Гамзат ГАМЗАТОВ: "Обнищание - это миф!"



Полина Санаева
"Московский комсомолец" в Дагестане"
3-10 февраля 2005 г.



Байка это известная: однажды совковый журналист заехал в финскую глубинку и спросил у финского рыбака, одобряет ли он действия правительства. На что финский рыбак ответил ему в том смысле, что знать не знает, какое правительство у власти и какие действия оно предпринимает. "Но раз у меня ничего не изменилось и мне можно спокойно вести дела - значит это хорошее Правительство", - сказал рыбак. Нашего журналиста такая аполитичность ввергла в недоумение. А потом в зависть, потому что он понял, что это и называется стабильностью.

Так вот, Генеральный директор ОАО "Дагэнерго", Член Госсовета РД Гамзат Магомедович ГАМЗАТОВ считает, что в целом по стране, и в Дагестане в том числе, долгожданная стабильность уже достигнута. И что дагестанское правительство делает все, чтобы дагестанцу спокойно работалось. Просто об этом не все знают. Как в Финляндии. И не знают именно потому, что, когда ВСЕ ХОРОШО, за политикой не следят. Чем народу лучше живется, тем аполитичнее он становится.

Собственно, я могу подтвердить вторую часть тезиса, про аполитичность. Ведь, как каждый знает, чуть ли не самыми обсуждаемыми в нашем обществе стали такие общечеловеческие проблемы, как пробки на дорогах и дорогие входящие. В смысле звонки. И я, как тот совковый журналист, этому не устаю удивляться. Ведь не замечают у нас не только плохого и антизаконного, но и хорошего. Например, пуска Гунибской ГЭС. Меня лично этот факт порадовал. Правда. Потому что это хорошая новость и самый настоящий позитив, о котором я давно не писала. Это единственная в России ГЭС, строительство которой начато и закончено в последние пять лет. Энергосистемы других регионов еле справляются с текущими ремонтами. И именно поэтому я пошла к Гамзатову. И именно о ГЭСах собиралась говорить. И спрашиваю где-то в середине разговора: "А "Дагэнерго" будет строить в горах малые ГЭС? Это остановит вырубку лесов? Ведь, как говорят экологи, обнищание население привело к тому, что на дрова вырубаются редкие породы." А он мне: "Малые ГЭС мы уже давно строим, но вот только не надо мне про обнищание. Это миф". А я говорю: "Как? Вы же ездите по республике, знаете" А он: "Езжу, знаю, поэтому говорю. В Дагестане предприимчивое, умное, богатеющее население. Из кризиса мы давно вышли".

- Пробки на дорогах - это проблема на слуху. Раньше, если сосед покупал машину, вся улица об этом знала и шла его поздравлять, а сегодня это в порядке вещей. На дорогах полно автомобилей, в которых сидят бывшие советские пешеходы, ругающие реформы и Чубайса. Хотя именно благодаря реформам и таким политикам, как Чубайс, многие теперь могут себе позволить покупку машины, да еще и не одной.
- Многие, но далеко не все..
- Вы эти разговоры прекратите. Нет в Дагестане нищих. Может, есть разница между малооплачиваемыми слоями населения и бизнесменами, но нищих в Дагестане нет. Вы что, не видите, что вся республика строится? Территория, которую Дербент застроил за последние 10 лет, по площади равна территории старого Дербента, который застраивался предыдущие 5 тысяч лет. А Избербаш? За последние 10 лет застроился настолько же, насколько и за предыдущие 50 лет. Такая картина наблюдается во многих дагестанских городах. И растет именно частный сектор. Это что, просто так? Есть еще один аргумент: потребление электроэнергии в Дагестане неуклонно растет. В том числе, в сельской местности. Причем потребление электричества именно населением. И это уж точный показатель роста благосостояния. Так, например, газ можно выпустить в воздух - зажечь камфорку и выпустить, а электроэнергию можно выпустить из сети только через электроприборы.
- Есть мнение, что площади застройки дагестанских городов растут пропорционально сумме дотаций в бюджет и финансированию тех или иных проектов, типа строительства дамбы на побережье
- Это досужие домыслы. Поступлений в бюджет еле хватает на зарплату учителям и социальные выплаты. На эти деньги не построишь новые города.
- Тогда за счет чего богатеем?
- За счет того, что наша земля способна приносить 2 урожая в год. За счет того, что наше население имеет возможность выпасать мелкий рогатый скот круглый год. Тогда как в России его надо 5-6 месяцев держать в загонах и кормить. А мы живем без запасов сена. Как в таких условиях можно быть нищим? И потом, НАШ НАРОД УМЕЕТ РАБОТАТЬ.
- На подворье?
- Да, и у себя на подворье, и в качестве предпринимателей. Вы возьмите руки в ноги и пройдитесь по Махачкале. Там магазин, тут кафе, там супермаркет. Или взять журналистов. Неужели вы на себе не чувствуете, как все меняется? Сравните свою зарплату сейчас и в 95 году. Наверняка сейчас она больше. Идет общее оздоровление экономики всей страны.
- Чем с вашей точки зрения вызвано это оздоровление и в чем еще оно у нас выражается?
- Во-первых, мы справились с претворением в жизнь экономических реформ и уже пережили тяжелый постреформенный период. Общество ведь, как любой организм, умеет вполне самостоятельно, изнутри находить ресурсы и справляться с болезнями. Органы государственной власти не могут приписать себе эту заслугу. Это весь народ переболел и выздоровел. И уж вместе с ним становятся на ноги и органы государственной власти. А чтобы найти доказательства симптомов выздоровления общества, достаточно оглянуться. Как бурно у нас развивается предпринимательство, индивидуальная трудовая деятельность! Например, в области строительной индустрии. Облицовочный, декоративный камень режется, постоянно отгружается и вывозится за пределы Дагестана и пользуется высочайшим спросом. Многие занимаются переработкой сельхозпродуктов.
- Недавно писали, что дагестанская консервная промышленность умерла
- Она уже возрождается. Но это нехорошее слово еще совсем недавно можно было применить к Махачкалинскому гормолзаводу, а сегодня это цветущий завод. Также можно было выразиться о Булочно-кондитерском комбинате, а сейчас это стабильно работающее предприятие. Эта часть экономики бурно развивается. Стоит промышленное производство. Все обратили внимание на новый супермаркет на улице Ярагского. Так вот - он потребляет столько же электричества, сколько Завод сепараторов в его нынешнем состоянии. Столько же, сколько Завод точной механики и Завод шампанских вин. В их нынешнем состоянии, конечно
- Все равно странно, что на все дорогое у нас есть спрос. Это при всеобщей безработице.
- Опять? Повторяю: не так все плохо, как хотелось бы некоторым. Безработица, обнищание - это такая официальная версия, выгодная борцам за портфели и борцам за политические дивиденды. Потому что им нужно иметь платформу, с которой они якобы кого-то защищают и против чего-то там борются. А бороться не надо, надо оставить людей в покое. Самое большее, что мы можем для них сделать - это обеспечить им мирные условия труда.
- Что есть "мирные" условия труда?
- Это работа в нормальной правовой среде, доступная каждому. Это одинаковые, честные, законные основания для жизни и деятельности, равные для молодого, начинающего и для влиятельного человека со связями. Если это будет - остальное народ сделает сам.
- Кстати, о равных возможностях. Не секрет, что в нашей республике рабочие места и перспективные бизнес-проекты распределяются по родственно-национальному признаку. Как вы думаете, это тормозит развитие экономики?
- Среди моих заместителей есть и лезгин, и лакец, и даргинец, и кумык. И это счастье Дагестана - что он многонационален. Все развалившиеся государства и вымершие цивилизации были мононациональными. Как только народ начинает верить в свою исключительность, для этого народа - это начало конца. Что касается приема на работу по национальному признаку, то я не вижу, чтобы это явление носило массовый характер. Может где-нибудь это и есть, но это неправильно и к успеху это, конечно, привести не может.
- Из-за того, что многие толковые работники не могут найти оплачиваемую работу, они уезжают из Дагестана. И уезжают далеко не худшие.
- Неправда. Из "Дагэнерго" ни один не уехал. Было, что уезжали семьями в 90-х годах, из-за общей социальной необустроенности. Но потом возвращались.
- Но "Дагэнерго", это ведь еще не весь Дагестан
- Если и уезжают, то сейчас уже намного меньше, чем раньше. Уезжают не потому, что не любят Дагестан, а потому, что невостребованы. Но как только появляется возможность работать здесь, а не там, они возвращаются. Сейчас для нас характерен такой обратный процесс: те, кто уезжал в центральную Россию, заработали там, вернулись домой, и открыли здесь свое дело. То есть вложили заработанное в дагестанскую экономику. Живой пример - супермаркет, о котором мы уже говорили.
- А чем обусловлены успехи дагестанского предпринимательства?
- Я же говорю - у нас очень деловой, талантливый народ. Он умеет работать и умеет учиться. Сейчас мы только в начале пути. Но очень многие дагестанцы самого разного возраста учатся вести дела. Молодежь учится культуре делового общения, а старшее поколение осваивает компьютер, узнает, что такое информационный обмен, IT-технологии, защита собственной информации, локальная сеть. Ни нас, ни даже вас в школе этому не учили. А без этого сейчас далеко в бизнесе не продвинешься.
- А как у нас с тем, чтобы держать слово? Говорят, без этого тоже далеко не продвинешься.
- Этому не надо учиться, этому надо следовать. Помните, у Бестужева-Марлинского в "Умалат-Беке" написано о том, что "верность дагестанского слова вошла в легенду"? И так было всегда. Но мы же все болели. Все российское общество болело, не только мы. Все равно вернемся к верности традициям, верности слову.
- Как вы оцениваете инвестиционную привлекательность нашей республики?
- О каких инвестициях со стороны можно говорить, если сами дагестанцы не инвестируют собственную экономику? Если граждане нашей республики в нее не верят, то какие могут быть претензии к внешним инвесторам? Дагестанцы должны поверить в возможности экономики настолько, чтобы, если какое-то из предприятий осуществляет распространение инвестиционного займа, они могли спокойно купить акцию. Вот когда мы к этому придем, тогда можно будет говорить об инвестиционных возможностях в целом.
- А "дотационная психология"? Расхожее мнение, в том числе и в прессе: чиновники привыкли к дотациям в бюджет и ни с чем не могут справиться самостоятельно. Ваше мнение на этот счет?
- В том, что Дагестан стал дотационным регионом, дагестанцы не виноваты. С чего это начиналось, знаете? С борьбы с алкоголизмом. Когда вдруг по распоряжению сверху в республике начали выкорчевывать виноградники. Это было хуже любой вражеской диверсии. До этого мы собирали 360 тыс. тонн винограда в год. А сейчас 80. Если бы сейчас у нас были те же 360 тысяч тонн винограда, мы бы вполовину не были такими дотационными. Или в том, что разрушился российский военно-промышленный комплекс, кто, дагестанцы виноваты? У нас прекрасно работали завод "Дагдизель", Завод имени Гаджиева, Завод точной механики Мы с этим справимся. И руководство Дагестана продолжает делать все возможное для развития нашей экономики. Я имею ввиду и недавно принятую Правительством Дагестана программу увеличения валового регионального продукта (ВРП) в 2,8 раза в ближайшие годы. Есть другие реальные основания для оптимизма и уверенности в том, что наша экономика станет на ноги, а бюджет будет пополняться изнутри.
- Какие это предпосылки?
- Первая из них - то, что сейчас делается Госсоветом и Правительством РД в области либерализации отношений дагестанца с землей. В том числе с пашней, землей под застройку и землей на побережье. Совсем недавно считалось, что, чтобы получить участок на побережье в частное владение, нужно быть великим космонавтом или выдающимся писателем. Сейчас приняты меры для того, чтобы каждый дагестанец мог подкупить себе кусочек берега Каспия.
- На всех, наверное, не хватит?
- Хватит. У нас 430 км. побережья. 200 км. отдаем частникам. Это 200 тысяч участков по 10 соток. За год - это 2 млрд. рублей налогов в республиканский бюджет. А теперь представьте, что не 200 тысяч, а хотя бы 20 тыс. участков начинают строиться. Там на каждом участе ,как минимум, 3 строителя. Это 60 тыс. новых рабочих мест.
- Да, а на стройках у нас будут работать азербайджанцы
- что тоже означает, что дагестанцы очень неплохо живут. Раз не соглашаются работать за те деньги, за которые можно нанять рабочего из соседнего Азербайджана.
- А другие, пахотные земельные участки?
- До сих пор эта земля "не работала". Во многих местах она все еще закреплена за колхозами и совхозами. Они же, в свою очередь, ежегодно либо не успевают обрабатывать 30-40% земель, либо получают на них очень низкие урожаи. Сейчас эта проблема будет решена. Частник получит свою землю.
- Почему к этому решению не пришли раньше?
- Не было соответствующего российского законодательства. И потом, к таким серьезным решениям нужно идти долго. Еще десять лет назад даже подвал у себя дома нельзя было выкопать без специального разрешения. Крышу нельзя было просто так поменять, комнату пристроить Полметра прибавишь - снесут. Все надо было согласовывать. Чтобы из этого состояния сделать шаг к частной собственности на землю - нужно было время.
- Еще одна предпосылка успешного развития дагестанской экономики, это
- Это очень серьезные усилия Госсовета и Правительства по государственной поддержке малого предпринимательства и развитию народных промыслов. В организационном плане там, конечно, остается много вопросов, но на уровне отдельных мастеров традиции, секреты ювелирного мастерства и ковроделия живы. А некоторые промыслы даже на подъеме. Например, я знаю, что за табасаранскими коврами большая очередь. Сейчас они уже прошли стандартизацию, сертификацию, решены другие вопросы по выводу наших ковров на международный рынок. И теперь они идут на экспорт. На все это нужно время. Но главное, что дело не стоит на месте. Планируется увеличить производство зерна в республике через повышение эффективности мелиорированных земель. Разработана реальная программа возрождения всех виноградных площадей. В Каякентском и Дербентском районах ею уже сейчас очень активно, очень продуктивно занимаются. Есть хорошая программа дорожного строительства. Но, подчеркиваю, самым главным основанием для оптимизма является то, что наш народ переболел, пережил экономический кризис. Не власть, а, прежде всего, народ выздоровел и готов работать. А власть должна создать ему для этого благоприятные правовые условия.
- Тогда последний политический вопрос: как вы оцениваете то, что называется "инициативой президента по назначению региональных лидеров"?
- Своевременная мера. Общество еще не готово к региональным выборам и другим демократическим процедурам. Ведь есть еще силы, которые, используя свои исключительные возможности, могут провести к власти своих людей, недоброжелательно относящихся к нашей стране, как они провели Дудаева, как они провели Масхадова. На наших глазах, по закону
- При попустительстве федеральных властей
- При попустительстве средств массовой информации! Например, Евгений Киселев, когда в 1999 году было совершено нападение на Дагестан, в течение трех дней называл бандитов, напавших на его родину - Россию - повстанцами. А если б его за это взяли и тряхнули как следует, он бы сказал, что это зажим свободы слова.
- Сказал бы
- И еще сказал бы, что за все в нашей стране отвечают органы центральной государственной власти. Журналисты склонны это подчеркивать. Но если органы государственной власти отвечают за все, то они должны иметь право активно участвовать в подборе кадров на своей территории. Это шаг назад в области демократии, но он необходим, чтобы сделать два мощных рывка вперед. Все это можно будет отменить, когда вы будете гордиться своей страной, когда вы купите флаг Российской Федерации повесите у себя на балконе. Когда у людей появится какое-то гражданское самосознание. А сейчас не принято даже говорить о любви к родине. Вы хотя бы слова государственного гимна знаете?
- Страна может быть сильной за счет монолитности гражданского общеста. А монолитность возникает, когда общество объединено одной государственной идеологией. На сегодняшний день в нашем государстве национальной идеи как таковой нет. И в условиях хаоса она не появится.



Сюда поместился только разговор с Гамзатовым-политиком. Но информация, полученная от Гамзатова-энергетика, дает все основания оставаться спокойными, как тот финский рыбак. Который знает, что кто-то где-то хорошо делает свою работу и поэтому он, в свою очередь может спокойно заниматься своей. Мы можем работать спокойно - электричество у нас, по крайней мере, будет.